Президент США Дональд Трамп официально подписал масштабный пакет экономических ограничений, известный как закон об «адских санкциях». Накануне Белый дом подтвердил вступление в силу документа, получившего официальное название «Закон 2026 года о введении санкций против России и Ирана имени Линдси О. Грэма»— в память о сенаторе-республиканце, который скоропостижно скончался в июле. Ранее на этой неделе законопроект был окончательно утвержден обеими палатами Конгресса США, пишет rupor.md.
Новый закон существенно меняет санкционную стратегию США, перенося главный акцент с прямых ограничений на экономическое давление через третьи страны:
- Вторичные пошлины до 100%: Президент США наделяется полномочиями вводить жесткие тарифы против пяти крупнейших покупателей российских нефти и газа (под удар могут попасть ключевые импортеры, такие как Китай и Индия), а также против стран, помогающих Москве обходить энергетическое эмбарго.
- Удар по инфраструктуре и элите: Закон напрямую расширяет санкции против российского военно-политического руководства, оборонного и финансового секторов, а также блокирует деятельность «теневого флота» танкеров.
- Иранский блок: Документ также автоматически продлевает действующие жесткие санкции США против Ирана до 2031 года.
В итоговой редакции, прошедшей Конгресс, формулировки были частично смягчены по сравнению с первоначальным проектом (где предлагались тарифы до 500%). Самое важное: предусмотренные законом меры не начинают действовать автоматически.
Документ дает Дональду Трампу исключительное право лично решать, когда именно применять пошлины, регулировать их размер и делать исключения для отдельных стран без предварительного одобрения Конгресса. Именно этот пункт вызывал острую критику демократов, заявлявших, что Трамп превращает закон в инструмент личного внешнеполитического торга.
Сам президент согласился подписать закон именно после того, как Белый дом зафиксировал за администрацией широкую свободу маневра. По заявлениям источников в Вашингтоне, Трамп намерен использовать подписанный закон как главный рычаг экономического давления, чтобы принудить Москву к мирным переговорам по Украине.
